Избитый Кокориным чиновник Пак обвинил его в угрозе убийства

Опубликовано: 03.03.2022

Избитый Кокориным чиновник Пак обвинил его в угрозе убийства. Жертва драки в «Кофемании» подробно рассказал о конфликте

Пак пояснил, что приехал в «Кофеманию», где должна была пройти деловая встреча.

— Мне дали столик на трех человек. Напротив сидела компания, которая по внешним признакам находилась в алкогольного опьянении, нарушала общепризнанные нормы поведения… Одна из девушек села на колени Александру Кокорину и они стали целоваться, потом она положила голову в область паха. Это все выглядело нелицеприятно.

По словам мужчины, он сразу понял, что встреча на грани срыва, и попросил его пересадить.

— Я открыл ноутбук и решил поработать в ожидании коллег. Потом услышал выкрики «Гангнам стайл». Не придал этому значения сначала. Но затем я услышал слово «ноутбук» и понял, что речь идёт, возможно, обо мне. Выкрики были в издевательское тоне…. Потом я спросил: вы обращаетесь ко мне? Все они ответили утвердительно.

Читайте также:

«Уверен, мы друг друга поймем»: как братья Кокорины извинялись перед потерпевшим — онлайн суда

Далее Пак рассказал подробности самой стычки.

— Александр Кокорин взял стул, который находился рядом со столиком и, целясь мне в голову и желая нанести максимальный вред моей жизни и здоровью, нанёс удар в область головы. Я подставил руку, и удар пришёлся по голове и руке. Это было инстинктивное движение, которое было предпринято, чтобы сохранить мне жизнь.

Стул прилетел в левую верхнюю часть головы, в область виска. Кокорин Кирилл также стал наносить удары в область головы. Сколько, я не помню. Нападение или избиение длилось несколько минут. Это сопровождалось нецензурной бранью. Меня называли «китайцем» и говорили, чтобы я ехал в Китай и там делал замечания.

— Вы испытывали угрозу жизни? — спросила прокурор.

— Конечно, я испытывал угрозу. Я видел и понимал, что Кокорин Александр целится мне в голову. Я оценивал это как угрозу, безусловно. Потом они выкрикивали: «Мы тебя убьем»,»Вам повезло, что вы вообще остались живы».

— Мы вчера смотрели видео. Адвокаты утверждают, что вы проявлял агрессию? Я вынуждена задать вам этот вопрос.

— Никакой агрессии не исходило. Я, наоборот, призывал всех вести себя прилично,

— Замечание делали?

— Сказал, что ведут себя по-хамски. Также в СМИ прозвучало, что было примирение. Никакого примирения не происходило. Потому что в этом случае компания не вела бы себя так агрессивно. Они понимали, что сила на их стороне. Повреждение эмали передних зубов, черепно-мозговая травма — итог встречи с футболистами, — заключил Пак.

Адвокат Татьяна Прилипко задала несколько уточняющих вопросов.

— Как другие посетители реагировали?

— Ко мне они не обращались, — ответил Пак.

— Чем вас оскорбили? — спросила Прилипко.

— Мне кажется, что я уже об этом говорил. Во-первых, в отношении моей национальности. Во-вторых, в издевательском тоне. В-третьих, это все сопровождалось нецензурной бранью.

— Простите, китаец — это оскорбление?

— Если сопровождается нецензурной бранью, то да.

Адвокат Бушманов заинтересовался ролью Павла Мамаева.

— Я не помню, чтобы Мамаев выкрикивал оскорбления. Они шли от компании в целом, — ответил потерпевший.

— Угрозы исходили?

— В целом от компании. Я понимал, что компания могла причинит мне вред. Она легко могла переступить границу общепризнанных норм.

Агрессия, по словам Пака, передавалась через взгляды, жесты.

— Конкретно Мамаев противоправные действия совершал?

— Насколько я понимаю, это вопрос квалификации и правовой оценки…, — туманно ответил Пак.

В итоге Бушманов предпринял ещё одну попытку:

— Угрожал ли вам Мамаев?

— Не помню. На меня Павел Мамаев не нападал. Мамаев нанёс удар в лицо Сергею Владимировичу Гайсину (собеседник Пака — прим. Авт.). И в этот момент господин Протасовицкий предпринял удушающий приём. Я видел, что Сергею Владимировичу было неприятно, и он не испытывал радости от этого приёма, — отметил Пак.

— Вас конкретно Протасовицкий оскорбил?

— Выкриками «гангнам стайл», которые звучали в издевательском тоне.

— Протасовицкий никаких извинений вам не принёс?- спросила адвокат.

— Я не слышал извинений, — ответил Пак.

— Слово «хамло» Вы произносили? — спросил адвокат Ромашов.

— Да.

— Громко?

— Достаточно.

— Когда?

— Когда компания подтвердила, что обращается ко мне.

— Вы до или после слова «хамло» нецензурные выражения допускали?

— В рамках этого инцидента — нет.

— Шла ли у вас кровь после инцидента?

— Кровь не текла.

— Синяк или шишка были?

— Были.

— Указывали на это врачам?

— Да.

— В какой момент?

— 8 октября.

— Врачи зафиксировали, что у вас есть шишка на верхней части головы….

— Можете уточнить, что вы подразумеваете под словом шишка? — решил уточнить Пак.

— У вас что, не было ни разу шишки? Припухлость…

— Покраснение мягких тканей было. Это было зафиксировано.

Адвокат переходит к зубам. Защита футболистов предположила, что у Пака повреждение эмали могло, произойти, например, из-за скрежета зубов.

— В результате тех ударов у меня был повреждён зуб, на видел видно, как я часть зуба вынимаю. Я зафиксировал время — в 9.15.

В зале поднялся смех.

Адвокаты перешли к действиям Кирилла Кокорина, который также ударил Пака.

— Удар был нанесен кулаком.

— Сколько раз?

— Я уже ответил.

— Не менее одного раза?

— Да.

— След остался?

— Да.

— Какой?

— Сколы зубной эмали.

— Кирилл Кокорин потом что стал делать? Отошёл? Прилёг?— спросил адвокат Ромашов.

— Мне сложно говорить об иных фактах….у меня было сотрясение мозга.

— Вы после удара стулом ощутили сотрясение мозга?

— Это вопрос медицинской квалификации. Это было установлено потом.

— Какие симптомы вы ощущали?

— Головокружение, тошноту, сильные головные боли.

— А в «Кофемании» ощущали?

— Мне было очень больно, так как удар был по голове. Испытывал страдания…

В зале раздался довольно громкий смех, на который обратила внимание прокурор. Пак, не обращая внимания, продолжил:

— Головокружение после удара я не помню.

— Вы общались после этого?

— Да я сказал ребятам, если я вас обидел, простите. Я это сделал для того, чтобы успокоить компанию и предотвратить нанесение дальнейшего вреда мне и коллеге. В целом всей компании сказал.

— Ответ последовал?

— Да. «Тебе ещё повезло, что ты остался жив», — закончил Пак.

— До удара стулом Александр Кокорин сидел к вам спиной. Могли ли вы видеть, что Александр Кокорин смеётся, оскорбляет именно вас, встречались ли вы глазами? — спросила адвокат Стукалова.

— Прошу уточнить время, — прерывает допрос прокурор. — Он (Кокорин) крутился, девушка на нем крутилась…

— Это ваши эротические фантазии! — выдала адвокат Прилипко.

Пак невозмутимо продолжил:

-Уважаемая Татьяна Лазаревна, я бы хотел уточнить, что это не конфликт… На меня было совершено нападение….

— Я сказала «инцидент», — заявила Стукалова.

— Нет, вы сказали конфликт. Он сидел ко мне как спиной, так и боком. И периодически поворачивался.

— С творчеством певца PSY вы знакомы?

— Кроме песни «Гангнам стайл», нет, не знаком.

— Сравнение с певцом считаете оскорбительным?

— Сравнение нет, оскорбительным считаю общую коннотацию и интонацию…

— Издевательский смех от неиздевательского можете отличить?

— Да могу. Ответ очевиден.

— Когда об азиатах говорят в вашем обществе, всегда на свой счёт принимаете?

— Не всегда.

— В половой… Ой, ротовой полости ранения были? — спросил адвокат Барик.

— Нет.

— Когда Кирилл Кокорин наносил удар, вы зубы обнажали. Улыбались?

— Нет.

— А следы от зубов на Кирилле видели?

— Нет.

— Вы сказали, что испытывали страдания. Моральные или физические?

— И моральные, и физические.

— Считаете посрамленной свою честь?

— Что значит посрамленной?

— Поставленной под сомнение…

— Меня лично оскорбили. И оскорбляли людей…

— Вы за всех-то не говорите, — вмешалась адвокат Прилипко.

— Какие-либо угрозы в ваш адрес от подсудимых поступали? После инцидента.

— Нет.

— Конкретно Мамаева опасаетесь?

— В данную секунду не опасаюсь Мамаева.

Судья попросила адвокатов быть более вежливыми. Замечание прозвучало после того, как защитник бросила прокурору: «сядьте уже!» Вообще атмосфера в зале стала накаляться.

Но тут прозвучала «успокоительная» реплика от Кокорина-старшего.

— Здрасьте, — начал Александр. — Я хотел бы извиниться перед вами. Я готов возместить материальный и моральный ущерб. Хотел был помириться с вами, нормально, по-человечески. Уверен, что мы друг друга с вами поймём.

Следом встал Кокорин-младший.

— Здрасьте. Я тоже хотел бы извиниться, — сказал брат футболиста со смущённо улыбкой.

Пак, кажется, никак не отреагировал на извинения.

Дополнительные вопросы снова задаёт прокурор.

— Вчера при просмотре видео защита настаивал на том, что, когда Кокорин Александр нанёс вам удар стулом, он взял его, чтобы присесть. Но вы оскорбили кого-то из Кокориных…

— Я не воспринимал действия Александра Кокорина, как желание сесть.

— Скажите, пожалуйста, был кто-то из компании, кто ушёл, сказал «нет, я не буду это делать», отвернулся? — задавал последний вопрос гособвинитель, намекая на сговор, от которого открещиваются подсудимые.

— Нет.

Адвокаты попытались разобраться, был ли удар от Кокорина после удара стулом. Пак пояснил, что удары были, но не смог вспомнить, от кого.

— Какие-либо угрозы в ваш адрес от подсудимых поступали? После инцидента.

— Нет.

— Конкретно Мамаева опасаетесь?

-В данную секунду не опасаюсь Мамаева.

Кокорин-старший снова обратился к потерпевшему и спросил, не помнит ли Пак от него звонков.

— Перед допросом я неоднократно звонил. Потом написал смс, сказал, что я хотел поговорить…

— После событий 8 октября мне в день несколько сотен или тысяч звонков поступало, — ответил Пак.

— Родители Кокорина к вам на работу приезжали? — уточнил адвокат Барик.

— Нет

— Вы их не приняли?

— В министерстве торговли работают тысячи человек..

На этом допрос закончился. Пак собрал свои вещи и вышел из зала.

Источник: www.mk.ru