Права человека - философско-правовая проблема

Теоретической основой философии права, идеи свободы и справедливости явились
идеи о привате человека как высшей социальной ценности общества и государства,
высказанные в XYII-XYIII веках философами-просветителями Дж. Локком (1632-1704),
Ш.Л.Монтескье (1689-1755), Ж.Ж.Руссо (1712-1778), Ф.М.А.Вольтером (1694-1778).
Они считали, что человек обладает естественными, неотъемлемыми правами (право на
жизнь, право на свободу и др.), принадлежащие ему от рождения, которые не могут
быть отняты ни государством, ни обществом. Эти философско-правовые положения
юридически закреплены в нормативно-правовых актах того времени - английской
Великой Хартии Вольностей 1215 г., Петиции о праве 1628 г., Хабеас Корпус Акт
1679 г. (Англия) (Акт о лучшем обеспечении подданного и о предупреждении
заточений за морями), и других юридические документах. Невозможно отрицать их
важную роль в развитии современной юриспруденции и философии права.

Современному человеку нелегко понять, что философские идеи о правах и свободах
человека в прошлом воспринимались как социальные утопии, идеи великих философов-мыслителей
прошлого, на много опередивших свое время и оказавшие огромное влияние на все
последующие политические события, очень трудно приживались в сознании людей и
обществе в целом. От буржуазных революций во Франции, Англии, Америке, когда
были предприняты первые попытки воплотить эти идеи в реальность, именно тогда на
законодательном уровне были закреплены основные права и свободы человека,
используемые и поныне. Так, во Франции 26 августа 1789 г. была провозглашена
Декларация прав и свобод человека и гражданина, а в Америке 26 сентября того же
года - Билль о правах (поправка к Конституции США). Однако, фактически, вплоть
до гигантских социальных потрясений XX века - первой мировой войны, Октябрьской
революции 1917 г., второй мировой войны - даже в государствах с давними
республиканскими и демократическими традициями фактически не признавалось не
только равенство всех людей, но и возможность защиты человека, за которым
признаются индивидуальность и полное уважение его прав и свобод вне зависимости
от взглядов, уровня культуры, образования, места в обществе, благосостояния,
расы, национальности и цвета кожи.

Наиболее четкое понимание правового статуса человека и гражданина было
сформулировано в Американской Декларации 1776 г., где сказано, что: "... все
люди сотворены равными, и все они одарены своим создателем равными
неотчуждаемыми правами, к числу которых принадлежит жизнь, свобода и стремление
к счастью". Однако признание обществом правового статуса человека и гражданина
предполагало не только некий общественный договор, который призывал людей
уважать личность, но и создание правовой системы, защищающей человека от
произвола властей. История человечества показала, что права и свободы человека
не могут быть ограничены узко национальными рамками, поскольку все крупнейшие
мировые события, независимо от территориальных, идеологических или иных барьеров,
накладывают на нее свой отпечаток. Поэтому вполне закономерно, что мировое
сообщество пришло к пониманию и осознанию правового статуса человека и
гражданина как важнейшей фундаментальной проблемы предмета философии права.

Такое отношения к идеям прав и свобод человека во многом стало возможным
благодаря учрежденной в 1945 году Организации Объединенных Наций и ее
деятельности. Ее основной задачей является поддержание мира, безопасности,
уважение правового статуса человека и гражданина и распространение идей об этих
правах. Так, 10 декабря 1948 года Генеральная Ассамблея ООН приняла Всеобщую
Декларацию прав человека [1,с.413]. Трудно переоценить значение этого
международного правового акта. Впервые в международной практике Декларация
отразила идею о неразрывной связи и взаимообусловленности всего комплекса
основных прав и свобод человека. Это положение нашло дальнейшее развитие в
резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 4 декабря 1986 года: "Все права человека и
основные свободы неделимы и взаимозависимы; и развитие и защита одной категории
прав не могут служить предлогом или оправданием для освобождения государств от
развития и защиты других прав."

Важной исторической вехой в развитии прав и свобод человека, в деле укрепления и
развития международных процессов в военно-политической, торгово-экономической,
экологической, гуманитарной, правовой областях, стал Итоговый документ Венской
встречи представителей государств-участников Совещания по безопасности и
сотрудничеству в Европе (1989 г.) (10,с.45-51). Во время Венской встречи впервые
официально вошел в юридический лексикон философский термин "человеческое
измерение". Это означало поворот хельсинского процесса в сторону человека, его
интересов и забот, это сделало человека отправной точкой всех принимаемых
юридических договоренностей [115,с.153]. В философско-правовом смысле под "человеческим
измерением" понимается весь комплекс прав человека: гражданских, политических,
экономических, социально-культурных и др., а также контакты между людьми,
сотрудничество в области информации, культуры, образования.

Следует отметить, что философско-правовая концепция прав человека заключает два
основных момента. Первый состоит в том, что неотъемлемые и неотчуждаемые права "первого
поколения" (право на жизнь, право частной собственности, неприкосновенность
жилища, частной жизни) присущи человеку просто потому, что он человек. Это
естественные (личные) права, которые вытекают из самой человеческой природы
каждого индивидуума, и назначение их в том, чтобы поддерживать в человеке
чувство собственного достоинства. Ко "второму поколению" прав человека относятся
права, устанавливаемые в соответствие с нормотворческими процессами,
происходящими как на национальном, так и на международном уровнях (гражданские,
политические, избирательные, социально-культурные и др. права). Философско-правовой
основой прав второго поколения является согласие тех, на кого они
распространяются, то есть согласие субъектов права, тогда как основу первого
поколения прав составляет естественный порядок вещей.

В общих философских чертах права человека можно определить как права, присущие
природе человека, без которых он не может существовать как биосоциальное
существо в обществе подобных себе индивидов. Таким образом, права и свободы
человека дают возможность полного развития и использования человеческих качеств,
интеллекта, талантов и способностей, возможностей удовлетворять духовные и иные
запросы. Они основаны на растущей потребности человечества в такой жизни, при
которой неотъемлемое достоинство и ценность каждой человеческой личности
пользовались бы уважением и защитой со стороны государства.

При написании работы использовались юридическая учебная литература, Конституция
РФ, Декларация прав и свобод человека, информация интернета.

ГЕНЕЗИС ИДЕЙ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА

Философия права связана с поиском оптимальных социальных параметров
взаимоотношения власти и человека, которые всегда являлись стержневыми,
определяющими в государствах любой формации. На ранних этапах развития
государственности в зависимости от социально-классовой принадлежности человек
либо получал определенные права, дающие возможность воздействия на власть, либо
выступал в качестве бесправного лица, несущего бремя обязанностей. Неравенство
правовых и обязательственных позиций индивида было свидетельством ограниченности
свободы, отсутствия демократии и в конечном итоге правовой неразвитости
государственности, низкого уровня правовой культуры общества. Установление
формального правового равенства и единства адрессата нормы права явилось
важнейшим историческим прорывом к свободе, новому этапу развития
государственности - правовому государству.

История становления философских идей правового государства насчитывает
тысячелетия. Она включает те прогрессивные представления о цивилизованном
государстве, несовместимом с единоличным произволом и насилием, которые начали
формироваться еще в античном мире, в древних государствах-полисах, достигших в
тот период (V-IV вв. до н. э.) высоких ступеней политического и культурного
развития.

В философском исследовании феномена правового государства российский философ-правовед
В. С. Нерсесянц отмечает: "В содержательном смысле ряд идей правовой
государственности появился уже в античном мире, а теоретически развитые
концепции и доктрины правового государства были сформулированы в условиях
перехода от феодализма к капитализму и возникновения нового социально-политического
строя". Характерно, что развитие философских идей и доктрин правового
государства неотделимо от становления представлений о правах и свободах человека,
которые в конечном счете и явились тем центральным звеном, вокруг которого
развивались и выстраивались философско-юридические принципы и нормы правового
государства.

Так называемая гражданская идея, т. е. представление о гражданине, наделенном
определенными правами и обязанностями (правовой статус), возникла в VI- V вв. до
н. э. Она была связана с тем регионом мира, где сформировалась наиболее высокая
духовная культура - философско-правовая и политическая мысль, наука, искусство,
литература и т. д. Речь идет об античных полисах, в частности об Афинах и Риме.
Полис - первая в истории человечества форма сообщества, которую можно определить
как гражданский коллектив. Один из исследователей истории древнего полиса - С. Л.
Утченко отмечает: "Благодаря именно этим своим особенностям полис сумел
выработать и затем передать в наследство грядущим поколениям огромное духовное
богатство, идеи гражданства, демократии, республиканизма". Вполне понятно, что
сложившиеся в условиях древнего полиса идеи гражданственности и демократии
претерпели весьма существенную трансформацию за более чем двухтысячелетнюю
историю своего существования и развития.

Но даже опирающиеся на демократические традиции древние государства, в большей
степени подчиняли индивида. Гражданин полиса должен был жить для государства.
При этом, частная жизнь, обеспеченная рабством, служила ему только средством
исполнения гражданских обязанностей. По мнению древнегреческого философа
Аристотелю, человек только в государстве, под управлением правды и закона,
становится в истинном смысле человеком. Поэтому человек по природе своей есть "животное
политическое". Однако уже в этот период "личность начала предъявлять свои права,
и это повело к разложению органического взгляда на государство, а вместе и к
падению основанного на нем политического быта".

Для правильной философско-правовой трактовки прав и свобод человека и гражданина
следует учитывать, что в условиях древних полисов гражданских прав были лишены
не только рабы, составляющие подавляющее большинство в этих государствах, но и
некоторые категории свободных граждан - латины, перегрины и др. Кроме того,
институт гражданства в древнем мире имел градации - граждане по рождению и лица,
получившие гражданство. В древнем мире институт гражданства носил замкнутый,
классово ограниченный характер. Однако уже в своем первичном юридическом
содержании гражданина как носителя определенных прав и свобод было большим
достижением духовной культуры человечества на его пути познания свободы. При
всей их социальной ограниченности, наличие у человека прав и свобод было
прогрессивным по своей природе юридическим феноменом. Сама же философская идея
свободы и справедливости явилась катализатором борьбы угнетенных, бесправных
классов, и эта борьба неизбежно должна была впоследствии вылиться в движение
эксплуатируемых за равноправие.

Философские идеи о правах человека и гражданина органично включались в
политические и философские концепции представителей античности. Уже
прогрессивная философско-правовая мысль древних демократий выдвигала идею
равноправия (Перикл, Демосфен). В этой связи интересно высказывание
древнегреческого мыслителя-философа Демосфена в речи "Против Лептина": "Закон
устраняет все противоречащее ему, чтобы относительно каждого (обстоятельства)
среди существующих имелся один закон, чтобы закон не приводил в смущение рядовых
граждан и чтобы они не оказывались в невыгодном положении сравнительно с тем,
кто знает все законы. Закон должен быть таким, чтобы давать одно и то же ясное и
полное знание о том, что является правом".

Древнегреческий философ-материалист Демокрит выдвинул идею о долге гражданина,
который состоял в заботе каждого гражданина о благополучии полиса, как этической
категории. По его мнению, связи между гражданами и полисом коренятся в этических,
а не правовых началах и носят характер нравственного, а не правового отношения.
Другой древнегреческий философ-материалист Гераклит выразил идею, связанную с
незыблемостью закона в обществе, подчеркнув, что "народ должен сражаться за
закон, как за свои стены". Анализируя концепцию Гераклита, которая явилась
предтечей развитой естественно-правовой доктрины, философ-правовед В. С.
Нерсесянц отмечает: "Можно сказать, что к гераклитовской концепции восходят все
те естественно-правовые доктрины античности и нового времени, которые под
естественным правом понимают некое разумное начало (норму всеобщего разума),
подлежащее выражению в позитивном законе".

При всех прогрессивных чертах древнегреческого полиса, следует отметить, что в
древних полисах с гражданством были связаны прежде всего политические права:
свобода, право на решение государственных дел, участие в правосудии и т. д. При
этом такими правами наделялись лишь те, кто не занимался физическим трудом.
Физический труд считался постыдной обязанностью, выполнение которой исключало
человека из сферы гражданства и равенства. При всей замкнутости и ограниченности
гражданства древних полисов такой институт мог быть порожден лишь высоким
уровнем культуры, выступая в то же время как средство функционирования этой
культуры, ее дальнейшего развития и обогащения. Не случайно в ту эпоху идея и
институт гражданства были характерны лишь для такой уникальной формы
государственного устройства, как полития.

Первоначальные представления о гражданстве и правах человека, заботе каждого
гражданина о благополучии полиса формировались в общем русле философско-правовых
концепций, отстаивающих высокую ценность закона и законности (Платон, Сократ,
Аристотель, Перикл, Демосфен и др.). Последующее развитие философско-правовой
мысли подтвердило неразрывность взаимодействия прав человека и господства закона
в обществе, которые свидетельствовали о великом историческом прозрении древних
мыслителей относительно прогрессивных направлений и форм развития
государственности на пути свободы и гуманизма.

Уместно напомнить, что в этот же исторический период в других регионах мира с
иным культурным полем возникали другие философско-правовые идеи и концепции о
взаимоотношениях человека и власти, основанные на полном подчинении человека
государственной власти. Например, философские воззрения одного из виднейших
древнекитайских легистов Шан Яна (390-338 гг. до н. э.) обосновывали
абсолютизацию царской власти, установление тотального контроля над личностью,
способы превращения подданных в слепые орудия царей, средства унификации
мышления и всеобщего оглупления народа как обязательного направления
государственной деятельности. Подобные философско-правовые доктрины были
характерны для деспотических государственных режимов древности, органично
вытекая из общего строя их экономических отношений и характера культуры.

Процессы разложения рабовладельческого строя и формирование феодального общества
отразились в философско-правовых концепций прав человека. Важным шагом по пути
развития свободы явилось возвращение в социальную структуру общества полностью
бесправных и наделение их правами. Разумеется, нет необходимости напоминать о
сосредоточении всей полноты прав в руках господствующего класса, однако было бы
упрощением представлять феодальное общество как общество беззакония и произвола.
Феодальное общество было строго ритуализировано, все действия его членов должны
были соответствовать традиции, обычаю, предписанию закона, опиравшимся на "освященную"
старину". Роль закона в феодальном обществе по сравнению с эпохой рабовладения
несколько возрастала, что связано с традиционализмом феодального строя.

В философском исследовании А. Я. Гуревича "Категории средневековой культуры" на
основе анализа юридических документов и материалов феодального права
раскрывается своеобразие концепции феодального права и неразрывно с ней
связанного правового положения личности в условиях феодализма. Личность в
условиях феодального строя была еще недостаточно индивидуализирована, все
стороны ее деятельности были ритуализированы, подчинены праву и обычаю, которые
в значительной мере формировали саму личность. Особенность положения личности в
эпоху средневековья состояла в том, что член феодального общества всегда от кого-то
зависел, между тем как значительные слои этого общества считались юридически
свободными. "Как свобода не исключала зависимости, так и зависимость не означала
отсутствия всяких прав. Средневековое общество - общество, знающее широкий
диапазон градаций свободы и зависимости". Таким образом, феодальное общество
строилось, с одной стороны, на отношениях господства и подчинения (никто в нем
не свободен полностью, и каждый имеет своего господина). С другой стороны,
формирование корпораций внутри этого общества (рыцарских орденов, монашеских
орденов, объединений торговцев, ремесленников), нивелируя индивидуальность
личности, делало ее равной среди членов данной корпорации. Это равенство также
было жестко регламентировано законами и обычаями, однако в корпоративном
равенстве были заложены основы тех требований равноправия, которые явились одним
из лозунгов грядущей буржуазной революции. Феодальное право защищало тот
правовой статус человека, которым он пользовался в качестве члена какого-либо
ордена или объединения. Оно способствовало воспитанию чувства сословного либо
профессионального достоинства и равенства с членами данного объединения.
Характерно, что в этот период происходит изменение социально-психологического
отношения индивидов к труду, объединенных по цеховому принципу. Цеховой
ремесленник должен был честно трудиться и производить товары только высокого
качества. Недобросовестная и непрофессиональная работа неизбежно влекла за собой
исключение из цеха. Появляется понятие шедевра - "образцового продукта".
Возникает чувство гордости за свой цех, понятие трудового достоинства и его
отстаивание перед патрициями и дворянством. Ремесло становится мастерством.
Христианская религия расценивала труд как необходимый способ существования
личности. Философ Ансельм (XII в.) ставит вопрос: "Не рожден ли человек для
труда, как птица для полета?". Во времена срендевековья возникновение
корпоративного равенства и чувства трудового достоинства было условием,
формировавшим требования равенства и братства всех членов общества, явившиеся
впоследствии лозунгами буржуазной революции.

Говоря о правовом положении личности в условиях феодального общества и отмечая
ее историческую прогрессивность по сравнению с эпохой рабовладения, нельзя,
конечно, забывать о тех жестких условиях зависимости угнетенных классов, которые
создавались сословно-классовой сущностью феодального права, дополняемой и прямым
произволом феодалов. Следует учитывать и характерное для феодальных государств
отсутствие единой правовой системы и общих для данного государства источников
права, решающую роль обычного, преимущественно местного права (например, Франции,
Германии, Италии и др.). Но даже в этих условиях в период феодализма идеи
равенства и свободы начинают пробивать себе дорогу. Так, в феодальном правовом
документе - Великой хартии вольностей 1215 г., в ст. 39, которую многие
исследователи называют "перлом" истории Англии, записано: "Ни один свободный
человек не может быть арестован, или заключен в тюрьму, или лишен владения, или
объявлен вне закона, или изгнан, или каким-либо иным образом обездолен, и мы не
пойдем на него, и не пошлем на него иначе, как по законному приговору равных ему
и по закону страны". Нельзя не оценить юридическую прогрессивность самой идеи,
заключенной в этой статье, которая ставила известные преграды феодальному
произволу и развивала идею равенства, хотя и в ограниченной классово-сословной
интерпретации.

Социальная революция, ведущая к смене одной общественно-экономической формации
другой, всегда определяет не только новый характер государства, отражающий
принципы взаимоотношений власти и индивида, но и новые позиции по отношению к
праву, законности и органично из них вытекающей проблеме правового положения
личности в обществе. Крупным историческим прогрессивным шагом в этом направлении
явилась буржуазная революция, которая устранила сословные ограничения для
буржуазии и осуществлялась под идеологическим воздействием "юридического
мировоззрения", сменившего теологическое мировоззрение средних веков. Такие
революции совершались в Западно-Европейском регионе и охватили Нидерланды,
Италию, Англию, Францию, т. е. страны, внутри которых сложились социально-экономические
предпосылки для устранения сословно-феодальных ограничений и утверждения
капиталистического способа производства. Вместе с тем они были подготовлены
идейно и теоретически учениями великих мыслителей Г. Греция, Б. Спинозы, Д.
Локка, Монтескье, Ж.-Ж. Руссо и др.

Политические реалии новой жизни заставляли искать все новые правовые формы
взаимоотношений индивида и власти, на необходимость противопоставить произволу
властей принципы свободы и справедливости. Эти принципы были основаны на идее
свободы индивида, его раскрепощении от жесткой регламентации всех сфер
жизнедеятельности со стороны государства. Политическое и философско-правовое
мышление нового времени, отвергнув теократические традиции, вело свой отсчет от
индивида, от его требований, которые должны были привести к установлению такого
государственного порядка, который мог бы удовлетворить эти требования. Основные
притязания индивида к новой государственной власти состояли в следующем:
государственная власть должна руководствоваться не произволом, а законом,
охранять права и благосостояние всех членов общества; в новом государственном
порядке должна осуществляться неотъемлемо принадлежащая человеку свобода. Из
последнего постулата вытекает учение о естественных, неотчуждаемых правах
человека, которые стоят выше государственной власти и призваны стать ее
ограничителем, удерживать ее от произвола и насилия. Раннебуржуазные философско-правовые
концепции правового государства опирались на теоретические построения античных
мыслителей относительно подчинения закону, обеспечения свободы, гуманистической
ориентации государства. Для них также характерна неотделимость прав человека от
принципов построения правового государства -господство закона, свобода и
справедливость. Так, развивая концепцию естественных прав человека, Г. Гроций
упоминает и приводит положения Тертуллиана, Цицерона, Марка Аврелия и др. Наряду
с теорией естественных прав человека он утверждал идею государства, основанного
на праве: "Государство есть совершенный союз свободных людей, заключенный ради
соблюдения права и общей пользы".

Смысл теории общественного договора, выдвинутой в эпоху буржуазных революций,
предполагает естественные права человека на заключение такого договора. "Всякое
мирное образование государства, - писал Д. Локк, - имело в своей основе согласие
народа". По мнению идеологов общественного договора, созданию государства
предшествовало естественное состояние людей, которое не обеспечивало господства
закона, поэтому люди приходят к пониманию необходимости заключения общественного
договора, цель которого - гарантии свободы и собственности. Созданное путем
общественного договора государство должно опираться на господство права,
основанного на естественных неотчуждаемых правах и свободах человека, и на
разделении законодательной, исполнительной и судебной властей. Естественные
права человека Локк связывает с его свободой от рождения, которая должна быть
оберегаема государством. "Свобода людей, находящихся под властью правительства,
заключается в том, чтобы иметь постоянное правило для жизни, общее для каждого в
этом обществе и установленное законодательной властью, созданной в нем". В этих
философско-правовых положениях Локка прослеживается неразрывная прав человека со
свободой, господства права, обеспечивающего всем равное положение в обществе.

Другой буржуазный фи правовой философ Монтескье резко разграничивает правление
при посредстве законов и деспотический режим, который вне всяких законов и
правил движется волей и произволом одного лица. Правление при посредстве законов
основывается на разделении властей, призванных сдерживать и ограничивать друг
друга (теория сдержек и противовесов). При разделении властей возможен "государственный
строй, при котором никого не будут понуждать делать то, к чему его не обязывает
закон, и не делать того, что закон ему дозволяет".

Идея свободы индивида, выдвинутая раннебуржуазными философами просветителями,
была развита в философских работах Канта и связывалась с правовым равенством
людей, их свободным общением. Знаменитое утверждение Канта - "Право - это
совокупность условий, при которых произвол одного (лица) совместим с произволом
другого с точки зрения всеобщего закона свободы". Эта свобода, по Канту,
независима от внешних обстоятельств, она естественное прирожденное право
человека. "Прирожденное право только одно-единственное: свобода - право, присущее
каждому человеку в силу его принадлежности к человеческому роду". Идея свободы
как прирожденного естественного права человека и права в целом как результата
добровольного согласия на ограничение собственного произвола определяет
понимание государства как объединения множества людей, подчиненного общим
правовым законом. В философском учении Канта прослеживается мысль о связи
естественного права человека на свободу и господства в государстве правовых
законов. Кантовская идея свободной автономной личности несла в себе мощную
гуманистическую направленность. Не случайно она получила высокую оценку Гегеля:
"Выставление того принципа, что свобода есть последний стержень, вокруг которого
вращается человек, высочайшая вершина, которой ни на что не приходится глядеть снизу
вверх, так что человек не признает никакого авторитета, и ничто, в чем не
уважается его свобода, его не обязывает, - выставление этого принципа
представляет большой шаг вперед". В кантовской философии, по мнению Гегеля,
человек обретает в самом себе устойчивый центр и для его воли нет "другой цели,
кроме той, которую она черпает из себя самого, кроме цели ее свободы".

Философская идея свободной воли человека в ее связи с правом как воплощением
этой свободы, была развита Гегелем. "Право касается свободы, - писал он, -
самого ценного и самого достойного в человеке, и он сам должен знать право,
поскольку оно для него обязательно". Поэтому каждая ступень развития свободы
обладает своим особым правом, так как она есть наличное бытие свободы в одном из
ее индивидуальном проявлений. Исходя из принципа, что "каждый народ обладает
поэтому государственным устройством, которое ему впору и подходит ему".
Государственный строй не есть нечто пермаментное, он представляет собой работу
многих веков, "идею и сознание разумного в той мере, в которой оно развито в
данном народе". Если народ выработал идею и сознание разумного, то они будут
воплощены в законах государства, содержащих всеобщий образ действия. Однако это
не произвольный выбор, а результат культуры, традиций, духовности, которая
является "почвой права". Это высшая ступень развития абстрактного права через
мораль к нравственности.

Философско-правовое учение Гегеля является своего рода преодолением буржуазных
индивидуалистических доктрин, отстаивавших неограниченную свободу индивида. "В
праве не имеет значения, желательно или нежелательно что-нибудь воле другого по
отношению к моей воле, дающей себе наличное бытие в особенности. Напротив, в
области морали дело идет также о благе других, и это положительное отношение
может появиться лишь здесь". Философское тождество всеобщей и особенной воли,
означающей совпадение обязанности и права, осуществляется в нравственности как
высшей ступени развития права. Негативное отношение к своеволию и эгоизму
индивида, ориентирующегося только на свои личные интересы, выражены Гегелем
резко и недвусмысленно: "Когда мы слышим, что свобода состоит вообще в
возможности делать все, что хотят, то мы можем признать такое представление
полным отсутствием культуры мысли, в этом представлении нет еще ни малейшего даже
намека понимания того, что есть в себе и для себя свободная воля, право,
нравственность и т. п.". И хотя на философско-правовые взгляды Гегеля оказали
влияние идеологи буржуазного индивидуализма А. Смит, Д. Рикардо, в частности в
формировании его понимания гражданского общества, которое он представляет как
столкновение антагонистических интересов, войну всех против всех, в своей
философии права Гегель стремится к преодолению крайнего индивидуализма через
моральные и нравственные ступени развития общества, через государство, которое
является воплощением разума, свободы и права.

Философское учение Гегеля о государстве как "шествии (самопостижения) Бога (Духа)
в мире" в значительной мере противостояло сформировавшимся в период буржуазных
революций индивидуалистическим доктринам, которые призваны были "умалить",
ограничить роль государства. В основе этих доктрин также были идеи свободы
личности, естественных, неотчуждаемых прав человека. Ее основоположники - А.
Смит, Д. Рикардо, Д. Локк, О. Конт, роль государства сводили к необходимости
охраны свободы и прав человека от чьих бы то ни было (в том числе и самого
государства) посягательств. Это так называемая личная (гражданская) свобода, при
наличии которой человек может самостоятельно и автономно использовать свои
способности и ресурсы. Такие ограничения государственных притязаний свободой
личности и ее правами были положены в основу буржуазных представлений о правовом
государстве. Прежде всего, речь шла о невмешательстве, пресечении
государственного вмешательства в экономику, в рыночную сферу. Политические
отношения индивида служили способом защиты личной экономической свободы. О. Конт
выразил это положение предельно четко: "нельзя все сводить к политической
свободе, есть индивидуальная свобода, а политическая свобода только ее гарантия".

По всей вероятности, Гегель раньше других увидел философскую ограниченность
крайнего индивидуализма, характерного для гражданского общества периода раннего
капитализма, о котором он писал: "Гражданское общество представляет нам в этих
противоположностях и их переплетении картину столь же необычной роскоши,
излишества, сколь и картину нищеты и общего обеим физического и нравственного
вырождения". Поэтому вся гегелевская философско-правовая доктрина направлена на
возвышение государства и права (духа), нравственность, призванные примирить
противоречивые интересы индивидов.

Философский вопрос о границах государственной власти оказался наиболее важным
для представлений буржуазного индивидуализма, исходившего из "негативного"
понимания свободы (т. е. свободы от любых посягательств, вмешательств,
воздействий). В отличие от прежних теорий государственной власти буржуазный
индивидуализм идет не от государства к человеку, а от индивида к государству.
Такой подход означал разрыв с феодальным религиозным мировоззрением, человек с
его интересами был заслонен божественными ценностями. Поэтому понятие правового
государства, "господства права на ранних этапах буржуазного развития означало
прежде всего ограничение его вмешательства в экономику и обеспечение личной
свободы индивида в распоряжении собственностью. Так, Д. Локк цель государства
видел в потребности охраны собственности и отрицал его право выходить за пределы
этой цели. Такого же взгляда придерживался А. Смит с позиций экономического
развития общества. Еще в XVIII в. Т. Пейн, указывая на Соединенные Штаты,
утверждал, что общество само в состоянии делать почти все, что обычно
возлагается на правительство. Последнее, по его мнению, не только не помогает
обществу, но мешает ему развиваться. Такие же позиции занимал В. Гумбольдт,
полагая, что задача государства состоит только в устранении зла и государство не
обязано содействовать благосостоянию граждан. Роль государства сводилась подчас
к осуществлению полицейских функций, роли "ночного сторожа", что, естественно,
несовместимо с гуманистической идеей правового государства. Однако понятие
свободы после прохождения капитализмом периода первоначального накопления
вступало в противоречие с существующими реалиями. Индивид расширил свои
требования и на новом этапе развития либерализма, относящемся ко второй половине
XIX в., потребовал дополнить "негативное" понимание свободы как свободы "от"
позитивным - как свободы "на" (на защиту со стороны государства, получение от
него определенных благ, на более активное участие в осуществлении власти и т.д.).

Односторонность философско-правовых концепций индивидуализма о государстве,
существующего якобы только для осуществления охранительных функций, критиковал Б.
Чичерин: "Нет сомнения, что излишняя регламентация со стороны государства и
вмешательство его во все дела могут действовать вредно". Гумбольдт прав,
утверждая, что этим подрывается самодеятельность, и тем самым умаляются
материальные и нравственные силы народа, который привыкает во всем обращаться к
правительству, вместо того чтобы полагаться на самого себя. Но это доказывает
только необходимость рядом с деятельностью государства предоставить возможность
и широкий простор личной свободе. Цель общественной жизни состоит в соглашении
обоих элементов, а не в пожертвовании в пользу другого". При этом Чичерин
ссылается на пример Англии, где нелюбовь к вмешательству государства возведена
была в догмат. "А между тем, в последние пятьдесят лет, под влиянием
настоятельной практической необходимости, государство постоянно расширяло свое
ведомство". Также и "Северная Америка не может служить ни нормою, ни
доказательством в пользу индивидуалистической теории".

В середине XIX в. происходит изменение философско-правовых взглядов на границы
государственного вмешательства в жизнь общества, хотя концепции неограниченной
свободы индивида и невмешательства государства, отрицание его роли в оказании
благ человеку сохранились до настоящего времени в неоконссрвативных, либеральных
концепциях Д. Белла, С. Липсета, Э. Шилса, Ф. Хайека, Р. Нозика, М. Фридмена и
др. Однако все большее распространение получают теории, согласно которым роль
правового государства сводится только к охранительным функиям. Оно обретает
определенные весьма ограниченные социальные социальные функции. В противовес
западным философам права, отстаивающих свободу конкуренции и недопустимость
государственного вмешательства в процесс перераспределения собственности и
ресурсов, правовое государство обретает новые качества, переходит в новую стадию
развития, которая означает, по выражению П. Новгородцева, "целый переворот
понятий".

В конце XIX - начале XX в. правовое государство обретает те черты, свойства и
характеристики, без которых цивилизованное общество не может существовать;
гуманизм (приоритет прав человека по отношению к власти); демократичность (преодоление
отчуждения личности от государства, создание массовой социальной базы),
нравственность (равноправие и справедливость), ограничение его всевластия (разделение
властей, создание сдержек и противовесов). Обобщая философско-правовое
исследование современных правовых государств, Б. Кистяковский" писал: "Правовое
государство - это высшая форма государственного быта, которую выработало
человечество как реальный факт". Анализируя условия становления философско-правовых
идей и принципов правового государства, можно с уверенностью сказать, что само
это понятие не могло бы сложиться без таких "облагораживающих" свойств, как
права человека, как "человеческое измерение" государственности. Поэтому в своем
становлении и развитии права человека и правовое государство неразделимы. И
верховенство, приоритет прав человека не просто свойство, качество правового
государства, но в конечном счете его цель, которой подчинены все иные его
характеристики. Б. Кистяковский среди первых подчеркнул это важнейшее свойство
правового государства, отметив, что осуществление неотъемлемых прав человека и
гражданина - непременное условие всякого политического, правового и социального
прогресса. Поэтому оно должно быть основополагающей в любой философско-правовой
теории, которая стремится выработать взаимоотношения личности и власти.

Отмечая огромную гуманистическую и нравственную сущность правового государства,
нельзя вместе с тем не затронуть вопроса о том, почему правовые государства -
явление не универсальное. Напротив, большинство государств мира не являются
правовыми. Они могут быть авторитарными, тоталитарными, а также лишенными каких-либо
четких характеристик. Представляется, что ответ на этот вопрос связан не только
с чисто правовыми характеристиками, он выходит на более широкую сферу
общественных отношений, охватывающую понятие цивилизации.

Если исторически проследить путь становления идеи прав человека и правового
государства, то его нельзя связывать напрямую с какой-то определенной
общественно-экономической формацией. Как уже было показано, зарождение идей прав
человека и господства закона во взаимоотношениях индивида и власти произошло в
условиях рабовладельческой формации, в тех уникальных регионах мира, в которых
была развита демократия и высокая духовная культура (Афины, Рим). Апофеозом
развития философской идеи прав человека явились буржуазные революции с
принципами равенства, свободы, справедливости. Однако не все буржуазные
государства могли удержать высокий уровень демократии и прав человека. Даже в
условиях одной и той же формации могут существовать различные отношения к правам
человека и правовому государству. Поэтому такие глобальные для человечества
проблемы правильнее рассматривать в контексте цивилизованного подхода. Формация
характеризует лишь стадию социально-экономического развития и положение классов,
социальных групп в обществе. Формационный подход не раскрывает место человека в
обществе, его ценность, каталог его естественных и неотчуждаемых прав. Индивид
во всех его сложных связях и зависимостях раскрывается только в рамках
цивилизованного подхода. Исходя из этого можно сделать вывод, что идеи ценности
человека, его права на свободу, его блага, ориентация общества на право,
обеспечивающее притязания индивида на гуманное отношение к нему со стороны
власти, характерны прежде всего для европейской цивилизации.

Сделаем небольшое отступление от философии права и попытаемся дать определение
цивилизации. Цивилизация характеризуется определенным уровнем культуры как
способа человеческой жизнедеятельности, философией, системой ценностей,
общественно значимыми идеалами, стилем творчества, обобщенным мировоззрением.
Основной принцип жизни цивилизации "представляет собой исходные основы жизни
народа, его мораль, убежденность, определяющее отношение к самому себе,
поведение, верования и надежды. Основной принцип жизни объединяет людей в народ
данной цивилизации, обеспечивает его единство и сохраняемость на протяжении всей
собственной истории". Европейская цивилизация породила высокую гуманистическую
культуру, в ней зародились представления о ценности индивида, о ценности права и
основанного на нем порядка, обеспечивающего свободу личности. Идея приоритета и
ценности человека была выдвинута в античном обществе. И если вначале точкой
отсчета был полис, то уже с эпохи эллинизма ею становится индивид. При
феодализме религиозное сознание заслонило человеческую индивидуальность. Однако
в новое время культура вновь делает человека мерилом всех вещей. Буржуазные
революции совершались не только в связи с развитием производительных сил
общества, но и потому, что в доктринах просветителей были развиты идеи ценности
человека, несовместимой с неравенством и сословными ограничениями. Разумеется, и
в рамках одной цивилизации возможно временное расхождение в выдвижении и
практическом применении ценностей, однако речь идет о столбовом пути развития
той или иной цивилизации, при котором в конечном счете утверждаются
основополагающие ценности ее культуры. Характеризуя наиболее емкие проявления
идеологии взаимоотношения личности и власти, А. Оболонский выделил
персоноцентризм, где индивид является высшей точкой, "мерилом" всех вещей, и
системоцентризм, где индивид либо вообще отсутствует, либо рассматривается как
нечто вспомогательное, способное принести большую или меньшую пользу лишь для
достижения неких надличностных целей. В эту философскую классификацию могут быть
включены различные типы цивилизаций. Однако персоно-центристской, по всей
вероятности, остается до настоящего времени только европейская цивилизация. В
значительной мере это объясняется неразрывной связью цивилизации и религии. Как
подчеркивает Н. Хлебников, "основой и фоном всякой цивилизации есть, без всякого
сомнения, религия" и "все цивилизации покоятся на религиозных началах".

Воздействие религиозных идей на эволюцию государство и право, экономическую
деятельность исследовано немецким философом М. Вебером. Другой западный философ
А. Тойнби, анализируя историю цивилизаций (древних и средневековых, западных и
восточных), считает, что в основе определенного типа цивилизации лежит религия.
"Если проанализировать цивилизации, дожившие до наших дней, мы увидим, что
каждая из них имеет в своем фоне какую-то универсальную церковь. Так, западная и
православная христианская цивилизация с ветвью православного христианства в
России через христианскую церковь восходит к эллинистической цивилизации;
дальневосточная цивилизация и ее ветвь в Корее и Японии через махаяну связана с
древнекитайской цивилизацией; индусская цивилизация связана через индуизм с
индуистской, а иранская и арабская через ислам с древнесирийской".

Рассматривая проблемы цивилизационного подхода к изучению государства и права, Н.
Крашенинникова отмечает, что история государства и права не может проходить мимо
существования крупных этно-конфессиональных общностей, на протяжении длительных
исторических периодов скрепляемых общей системой ценностей, которые оказывают
непосредственное влияние на государство и право. "Наиболее ярко выявляются
различия региональных цивилизаций именно как носителей региональной традиционной
культуры, мировой религии ("исламский мир", "христианский мир" и проч.) ". Так,
господство индусской религии определило особый тип индусской цивилизации.
Индусская религия представляла собой систему педантично разработанных правил,
детально регламентирующих всю общественную жизнь, предписывала определенный
образ жизни и поведения, исключала возможность разумной оценки обычаев и
традиций. Наряду с другими социальными причинами (экономическая и национальная
раздробленность, замкнутость общин) это в значительной мере повлияло на
аморфность, обезличенность человека, испытавшего безусловную власть общины,
касты.

Мусульманская религия породила ближневосточную (арабо-иранско-турецкую)
цивилизацию и мусульманское право. В странах распространения ислама особенность
регулирования поведения индивида состоит в том, что его целью являются интересы
"правоверных", ислама в целом. Человек, противопоставивший себя этому целому,
становился отступником от ислама, подвергался таким наказаниям. Мусульманское
право носило религиозный характер, и поэтому осуществление его норм становилось
в глазах правоверных религиозной обязанностью. Мусульманское право призвано
детально регулировать не только внешнее поведение мусульман, но и лежащую в
основе их постулатов внутреннюю мотивацию. Торжество системоцентристского
мировоззрения проявилось в отношении к человеку как к "винтику" сложной
государственной машины. А какие права могут быть у "винтика", единственное
назначение которого - безотказное выполнение отведенных ему функций? Идея
коллективизма в послереволюционной России была представлена в интерпретации,
несовместимой с автономией и самобытностью личности. Права и свободы, официально
определенные советскими конституциями, явились декорацией, скрывавшей фасад
тоталитаризма, а правовое государство объявлялось хитрым измышлением буржуазной
идеологии, направленным на обман масс. Тяжкий исторический груз, ломка глубоко
укоренившихся стереотипов мешают современной России войти в русло правовой
государственности, преодолеть тоталитарные начала, национальный менталитет,
сделать индивида с его правами и свободами главным ориентиром и целью
общественного развития.

Европейская цивилизация, основанная на христианской религии, оставляла больше
свободы выбора индивиду, носила зачатки персоноцентризма. Христиансая религия
дала человеку свободу выбора, способствовала совершенствованию своих
возможностей, трансформированы представления о труде как о необходимом способе
существования человека. Христианство выдвигает идею равенства всех людей перед
Богом. "Как ни парадоксально, но это равенство послужило не объединению людей,
но еще большему их разъединению, вело к формированию идеологии и психологии
индивидуализма, идеи личного спасения". Если в раннем иудаизме, религии в
основном общинно-родового скотоводческого общества, проблема отношения с Богом
ставилась как "Бог - народ", что отражало господствующие принципы коллективного
мышления, то с дифференциацией общественных форм жизни и выделением индивида в
этой системе данная идея трансформируется в идею личного вознаграждения
праведника, в идею личного воздаяния и спасения. По мнению философа Ф. Хайека, "индивидуализм,
выросший из элементов христианства и античной философии, стал основным признаком
западноевропейской цивилизации. Христианство преодолевает национальную
ограниченность иудаизма, поскольку личное спасение уготовано не избранному
народу, а избранной праведной личности независимо от ее принадлежности к какому-либо
народу". Разумеется, индивидуализация человека не была признанием глубины
субъективного содержания, он выступал лишь элементарной частицей огромного "христианского
мира". Любопытны рассуждения о боге и свободе русского философа Н. Бердяева - "Бог
есть свобода, а не необходимость, не власть над человеком и миром, не верховная
причинность, действующая в мире. То, что теологи называют благодатью, сопоставляя
ее с человеческой свободой, есть действие в человеке божественной свободы".
Можно сказать, что "существование Бога есть Хартия вольностей человека, есть
внутреннее его оправдание в борьбе с природой и обществом за свободу".

Идея свободы и относительной индивидуализации человека в христианской религии
заложила основы персоноцентристского учения. Однако подлинный духовный смысл
христианства в значительной мере был заслонен внешними ритуалами, и религия
утрачивала эти ростки персоноцентризма. Тем не менее христианство в своей
подлинной сущности обращается к свободной воле человека, открывало ему пути к
совершенствованию, сознанию значимости своего выбора. Особенности христианской
религии подготовили общественное сознание к восприятию идеи свободы,
ответственности за свои действия. Однако теологическое мировоззрение сковывало
инициативу человека, церковь, по сути дела, сливалась с государством. Поэтому
церковные догмы утверждали незыблемость монархической власти, феодального
сословного деления. Буржуазные революции произвели коренную ломку сложившихся
государственных устоев, формируя "юридическое мировоззрение" буржуазии, где "место
догмы, божественного права заняло право человека, а место церкви - государство".
Таким образом, совершился определенный исторический парадокс. Раннее
христианство, выдвинув идею равенства всех перед Богом, догматизировав и
ритуализиров религию, тем самым омертвив ее содержание отрицанием
индивидуальности человека. Поэтому идея прав и свобод человека шла в разрезе с
теологическим мировоззрением и утверждением принципов равенства, братства и
справедливости (не божественной, а человеческой). Можно предположить, что этот
феномен способствовал отделения церкви от государства. Однако ростки
персоноцентристского начала в христианстве явились большим вкладом в развитие
всей европейской цивилизации, создав уникальные явления этой цивилизации - права
человека и само правовое государство.

Разумеется, было бы неправильно отдавать христианству ведущую роль в
формировании развития прав и свобод человека человека. Ведь при всей значимости
религии цивилизацию определяют и культура, и психология, и образ жизни народа и
право. Европейская цивилизация покоится на учениях Античности, Возрождения,
Реформации, и это наследие неповторимо по своей ценности для утверждения свободы
личности, ее индивидуальности, для исторического прогресса в целом.
Сформировавшийся в Европе цивилизационный архетип проявляет способность к
пространственному расширению. Возникший в центре Европы тип цивилизации
постоянно расширялся, охватывая Скандинавский регион, Юго-Восточную и Восточную
Европу. Он оказался способным распространить свои ценности на США, Канаду,
Австралию. Эти ценности с переменным успехом распространяются и на некоторые
страны Латинской Америки. Во второй половине XX в. осуществляется постепенная
адаптация к ценностям европейской цивилизации традиционных восточных обществ (Японии,
Южной Кореи, Индии, Китая и др.). Происходят начальные стадии "размывания"
традиционных структур и ценностных стереотипов.

Ценности европейской цивилизации очень медленно, с большими трудностями начинают
внедряться в России, которая не может быть отнесена к какому-то определенному
типу цивилизации, в том числе европейской. Достаточно вспомнить, что важнейшая
составляющая европейской цивилизации - идея прав и свобод человека никогда не
была значимой в философско-правовых доктринах мыслителей России и поэтому не
могла завоевать общественного сознания и стать целью социального развития этой
страны. Исследуя взаимоотношения Российского общества и индивида, А. Оболонский
следующим образом формулирует свою позицию: "В основных ветвях российской
народности господство системоцентристской этики на протяжении абсолютного
большинства столетий ее исторического существования было практически
безраздельно. Оппозиция "общество-личность" практически даже не воз-шкала. Но
причиной этому, конечно, была отнюдь не гармония между этими двумя уровнями
социального бытия, не отсутствие противоречий между индивидом и социальным целым,
а совершенно однозначный, само собой разумеющийся вектор разрешения противоречий
между ними - apriori в пользу целого".

Поэтому неудивительно, что попытки "даровать населению незыблемые основы
гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности,
свободы совести, слова, собраний и союзов" в Манифесте 17 октября 1905 г. не
могли изменить ситуацию в России, дать ей новые правовые ориентиры - права
человека и свободу личности. Вековые традиции подавления инакомыслия и
индивидуальности после провозглашения "дарованных" свобод вылились в массовые
политические репрессии, был упущен исторический шанс на цивилизованное развитие
общества, в основу которого были бы положены идеи прав и свобод человека. Все
последующее развитие России подтвердило "особенность" ее пути, усугубило
поглощение личности коллективом, подавление индивидуализма, жесткое пресечение
любых попыток пойти наперекор системе. Н. Бердяев пишет, что в России рецепция
идей демократии была оторвана от идеи прав человека и гражданина. "Идея
демократии в той прямолинейной и упрощенной форме, которая была у нас принята,
породила целый ряд нравственных последствий. Отвлеченно-демократическая
общественная идеология сняла ответственность с личности, с духа человеческого, а
потому и лишила личность автономии и неотъемлемых прав".

Powered by Drupal - Design by artinet