Переход от первобытнообщинного строя к общинной цивилизации

Формированию цивилизации, независимо от типа, предшествовала длительная борьба человека за выживание как биологического ви-да. Непременным условием такого существования была родопле-менная организация, в которой интересы коллектива всегда стояли выше интересов отдельного человека. Родоплеменные группы “вписывались” в природную среду (ландшафт), т.е. входили в оп-ределенный биоценоз, и тем самым ограничивались в своем раз-множении. Родоплеменная организация в условиях присваиваю-щей экономики регулировала численность популяции таким обра-зом, чтобы сохранить равновесие в биоценозе. Поэтому ни о какой свободе или собственности в родоплеменном коллективе говорить нельзя. Задачей родоплеменной организации было выживание че-ловечества как биологического вида, сохранение и продолжение рода как необходимой формы существования людей, а не выжива-ние отдельного человека. Соционормативная система в родопле-менном сообществе и обеспечивающая ее организация потестар-ной власти имели “родоохранительный характер” .
При переходе от родоплеменных отношений кочевых охотни-ков-собирателей к общинным отношениям, свойственным осед-лым земледельцам, сохранилось подчиненное положение отдель-ного человека в коллективе. Примитивные формы земледелия за-ставляли ограничивать прирост населения, контролировать чис-ленность популяции в общинных поселениях. Интересы отдель-ного человека полностью “растворялись” в интересах общины. Такой системоцентризм определял и последующее формирование общинной цивилизации. Для первых локально-цивилизационных общностей было характерно безусловное подчинение человека интересам своей семьи, общины, касты и, наконец, политическо-го сообщества .
Общинные цивилизации возникли в результате аграрной революции. До аграрной революции примитивная производящая экономика несущественно отличалась от присваивающей: в про-цессе эксплуатации природы люди первоначально не изменяли, а лишь использовали существующий ландшафт. Основным факто-ром аграрной революции стало то, что люди научились изменять природу (ландшафт) и тем самым создавать новый биоценоз, благоприятный для развития человечества. После аграрной револю-ции появился избыточный продукт, что породило “демографический взрыв” – быстрый рост человечества, необходимый для су-ществования и развития цивилизаций.
Аграрная революция, породив общинную цивилизацию, по существу ничего не изменила в общинном способе существования. Здесь либо не было отношений собственности на средства производства (в аграрном обществе – это собственность на зем-лю), либо они оставались неразвитыми и полностью зависели от политической власти . То, что применительно к такой цивилиза-ции называется общинной или государственной “собственно-стью”, на самом деле означает такой порядок, когда индивидуальное присвоение не допускается, и отдельный человек или се-мья не могут быть субъектами товаропроизводящей собственно-сти. Например, “государственная” или общинная земля принадлежала всем вместе и никому в отдельности. Такая форма землепользования означает не форму собственности, а отсутствие соб-ственности как таковой. О государственной или общинной соб-ственности на землю можно говорить лишь тогда, когда уже есть частная собственность и, следовательно, можно различать землю общины и землю, принадлежащую отдельным лицам.
Здесь, как правило, не было частного рабовладения, и рабы не составляли социально значимую группу. В той мере, в которой можно говорить о рабстве в общинной цивилизации, следует подчеркнуть, что рабы принадлежали не частным лицам, а общи-нам или политическому сообществу в целом. Управляли исполь-зованием рабов, фактически владели и распоряжались ими публично-властные субъекты.
Труд рабов не играл заметной роли в масштабе общества. В этой цивилизации основной производительной силой были крестьяне-общинники. Причем их труд был более производительным, чем труд рабов, так что эта цивилизация и не нуждалась в массовом использовании рабской рабочей силы. Необходимый уровень кон-центрации рабочей силы для ирригационных и прочих видов дея-тельности обеспечивала общинная организация труда – правда, ес-ли она подкреплялась деспотической политической властью.
Появление избыточного продукта само по себе не порождает отношения собственности и рыночный (свободный) обмен между производителями продукта. Там, где для выживания сообщества при производстве потребляемого продукта необходимы совместные усилия всех его членов, там нужен общесоциальный контроль за его расходованием, и преобладают перераспределительные обменные связи. В таком обществе производимые блага “текут” от производителей к некой центральной власти и затем перераспределяются этой властью целей по всему обществу . Там, где нет такой необходимости, доминируют рыночные обменные связи между собственниками продукта.
Первоначально избыточный продукт не присваивался и не мог присваиваться отдельными членами общины. Он принадлежал общине, и в интересах всей общины им распоряжались носители потестарной власти (старейшины, вожди, жрецы и т.п.). Тем не менее, именно получение избыточного продукта, его производст-во (организация производства), учет, распределение и контроль за его расходованием породили политическую власть общинной цивилизации – деспотическую власть.
Избыточный продукт обеспечивал прирост населения, что, од-нако, сокращало запасы избыточного продукта. Такое развитие могло происходить лишь на основе постоянного роста производ-ства – хотя бы экстенсивного. Но возможности экстенсивного роста были ограничены существующим ландшафтом. Более того, примитивный уровень производства позволял получать относительно большой урожай лишь в таких плодородных районах, ко-торые, вместе с тем, были районами рискованного земледелия, т.е. там, где тот же природный фактор, который обеспечивал вы-сокий урожай, мог привести и к потере всего урожая. Если уро-жай обеспечивался разливом реки, то недостаточный разлив или, наоборот, наводнение могли уничтожить посевы. Поскольку из-быточный продукт поглощался ростом населения, то несколько неурожайных сезонов подряд могли привести к гибели локально-цивилизационной общности. Чтобы избежать гибели, нужно бы-ло проводить ирригационные работы, причем в условиях борьбы за выживание. Для этого понадобилась социальная власть, орга-низующая экономику и способная путем жесткого силового при-нуждения мобилизовать все население на постоянное проведение широкомасштабных работ. Такую организацию могла дать лишь такая политическая форма, которая называется деспотией.
Деспотия – это непременное условие формирования и развития общинной цивилизации. Там, где в древнейших системоцентри-стских общностях возникла деспотическая организация власти, там на основе ирригационных работ были созданы великие циви-лизации древности. Там, где этого не произошло, ранние цивили-зационные общности погибли . Отсюда можно сделать вывод о неразрывной связи общинной цивилизации с широкомасштабны-ми ирригационными работами и деспотией.
Цивилизованная история человечества началась примерно в 3500–3000 гг. до Р.Х. в трех цивилизационных центрах, поглотивших древнейшие локально-цивилизационные общности. Это Египет (долина Нила), Месопотамия (долина Тигра и Евфрата) и Китай (долина Хуанхэ). Эти три цивилизации дают классические примеры преобразования природы путем проведения ирригаци-онных работ (несколько позже подобные процессы происходили в долине Инда) . Лишь тысячу лет спустя цивилизация начинает продвигаться из речных долин на земли, орошаемые дождем .
Таким образом, все великие древние цивилизации Старого Света возникли в долинах крупных разливающихся рек: Тигра и Евфрата, Нила, Хуанхэ и других . Это объясняется, во-первых, тем, что уже сами по себе земли в долинах этих рек позволяли получать существенно больший урожай (природный фактор). Во-вторых, для получения гарантированных урожаев потребовалось проведение ирригационных работ, что повлекло за собой разви-тие орудий труда, производственных процессов, материальной культуры и общественно-политической организации.
На такой основе К.А.Виттфогель разработал так называемую ирригационную теорию, изложенную в работе “Восточный дес-потизм”. Он убедительно показал обусловленность древних дес-потических форм необходимостью широкомасштабных работ, строительства гигантских ирригационных сооружений в восточ-ных аграрных регионах Старого Света. Эта необходимость поро-дила систему жесткого территориально централизованного управления, внеэкономического принуждения во всех сферах общест-венно-политической жизни, систему бюрократического учета, контроля и распределения, а также многочисленный социальный слой чиновников, управляющих производственными процессами, осуществляющих учет, контроль, распределение и т.д.
Теорию Виттфогеля обычно критикуют за то, что она верно характеризует лишь процесс становления “государства и права” при “азиатском способе производства”, в то время как в других регионах и культурах государство и право возникли на основе иной производственной деятельности.
Такая критика неуместна. Критики ирригационной теории не видят разницы между государством и деспотией, в то время как Виттфогель объясняет происхождение именно деспотизма, а не государства и права. Деспотическая власть всегда обусловлена организацией общественного производства на основе силового принуждения. В конкретных географических условиях формиро-вания древних цивилизаций такое общественное производство требовало именно ирригационных работ.

Powered by Drupal - Design by artinet