Исторический прогресс свободы – критерий типологии права и государства

В основу либертарной типологии положено учение о всемирно-историческом прогрессе свободы: прогресс свободы есть условие и критерий прогресса права и государственности. При этом ли-бертарно-юридическая теория подчеркивает, что в процессе все-мирно-исторического развития сущность права и государства как необходимых форм свободы остается неизменной. Следователь-но, смена исторических типов права и государства демонстрирует различие исторических проявлений одной и той же сущности. (Если же считать, что сущность явлений, обозначаемых как право и государство, исторически меняется, то речь должна идти не о смене типов одного и того же социального регулятора, а о разных предметах, об исторической смене разных по своей сущности ти-пов социальной регуляции).
В легистских конструкциях исторической типологии, с одной стороны, тоже говорится, что сущность “права” (т.е. принужде-ние) неизменна, а меняется лишь его историческое содержание. С другой стороны, почему-то допускается, что “право” может быть не только выражением деспотического произвола, но и формой свободы. Отсюда – представления легистов о том, что историче-ский прогресс права, состоит в переходе от чисто “силового пра-ва” или “кулачного права”, от “права”, порожденного силой при-каза (исторически неразвитого “права”), к “праву, основанному на правах человека” (исторически развитому “праву”).
По логике легистов, якобы один и тот же способ социальной регуляции (право) в равной мере допускает и произвольное поли-тическое насилие, и законы, подчиненные требованию призна-вать и соблюдать права человека. Получается, что право исторически проявляется и как голая сила (“исторически неразвитое право”), и как запрет произвольного насилия (в исторически раз-витой ситуации) – и при этом сущность права якобы не меняется. Наконец, получается, что право и права человека – в сущности разные явления, которые исторически могут не совпадать: “древ-нее право” исключало свободу и было выражением голой силы, и только современное право гарантирует свободу, официально вы-ражает прирожденные права человека.
Действительно, всемирно-исторический прогресс свободы вклю-чает в себя не только историческую линию перехода от меньшей свободы к большей, но и – в более широком историческом контек-сте – переход от несвободы к свободе. Однако право (и государство) есть форма именно свободы. Поэтому исторический прогресс соб-ственно права есть прогресс свободы – переход от меньшей право-вой свободы к большей правовой свободе. Переход от несвободы к свободе – это не прогресс права, а переход от доправового способа к правовому способу социальной регуляции.
Не следует полагать, что права человека являются элементом лишь исторически развитого права – как будто в древнем праве прав человека еще не было, а в современном праве они появи-лись. Без свободных индивидов с их исходными правами невоз-можно никакое право. Если в некоем “древнем праве” не было прав человека (свободного индивида), то это не право, а иной, неправовой способ социальной регуляции.
Другое дело, что в исторически неразвитых правовых системах первичные права не признавались правами каждого человека, правами человека как такового. Свобода здесь выступала как привилегия по отношению к тем, кто несвободен и исключен из правового общения . В дальнейшем исторический прогресс сво-боды проявился как переход от правового неравенства к всеоб-щему равноправию, от полной правосубъектности лишь некото-рых к полной и равной правосубъектности всех.
Сущность права как необходимой формы свободы не меняется в процессе его исторического развития. Меняется (расширяется) круг субъектов правового общения, возрастают объем и содержа-ние правовой свободы, но сущность права – формальное равенст-во – остается неизменной. Иначе говоря, правовые нормы – это всегда (в любой исторический период) нормы, посредством кото-рых обеспечивается свобода тех, кто признается субъектом права. Если субъектом права признается не каждый, не человек вообще, а лишь представитель определенной группы (представитель этно-са, сословия, обладатель определенного имущества, гражданин государства и т.д.), то и права человека существуют как группо-вые права, а равенство в свободе гарантируется лишь в рамках группы. Если же субъектом права признается каждый человек не-зависимо от социальных и иных различий между людьми, то и права человека существуют как равные права каждого человека.
Либертарно-юридическая типология исследует исторические проявления правовой свободы и, следовательно, охватывает циви-лизации лишь правового типа. Тем самым она остается в рамках предмета юриспруденции и вовсе не “упраздняет” историю циви-лизаций деспотического типа (“большую часть истории государст-ва и права” – как полагают позитивистские критики юридического либертаризма), а просто рассматривает исторические проявления деспотизма отдельно от типов права и государства. Критерием вы-деления типов права и государства служит исторический прогресс свободы – распространение правовой свободы на все более широ-кий круг субъектов и возрастание объема правовой свободы.
Таким образом, исторические типы права и государства – это основные этапы прогрессирующего исторического проявления правовой свободы.

Powered by Drupal - Design by artinet