О признании однополых браков в других странах и России

Опубликовано: 01.02.2022

Дмитрий Литвинский, адвокат (Франция).

Вчера, 23 апреля, Национальная ассамблея, нижняя палата французского парламента, утвердила закон, открывающий возможность вступления в «полноценный брак» и усыновления для однополых пар.

«Разводы однополых пар дадут серьезную фору разводам «классическим»

С формальной точки зрения для вступления закона в силу требуется еще т. н. promulgation – промульгация, т. е. формальное введение его в силу декретом за подписью президента с проставлением на декрете подписей премьер-министра и министров, сферу ответственности которых затрагивает его применение.Хотя с учетом того, что инициатива принятия закона исходит именно от президента-социалиста, за этим дело не станет. С другой стороны, насколько мне известно, группой представителей парламента в Конституционный совет вчера же внесена жалоба на неконституционность нового закона, так что процесс может затянуться. Никто не отменял и необходимости приведения других действующих текстов в соответствие с вновь принятым.

Пока французское общество бурлит, раздираемое противоречиями по поводу оправданности нового текста, который, с моей точки зрения, все-таки излишен и скорее вреден, позволю себе, тем не менее, задаться вопросом о тех практических изменениях, которыми новый режим чреват уже через несколько лет, в частности, с позиции практикующего адвоката.

Прежде всего, и таковы сегодняшние реалии, большая часть браков через какое-то время распадается. Вряд ли избегут этой участи и выгодоприобретатели нового закона, хотя чисто статистически их доля пока не слишком велика. Это обещает в не столь отдаленной перспективе обращения в суд с заявлениями о расторжении новых союзов. Напомню, что сегодня во Франции развод предполагает обращение к адвокату. Мой опыт показывает, что расторжение браков даже между самыми уравновешенными в обычной жизни людьми в большей своей части становится поводом для выплескивания не самых лучших эмоций и торжественной возможностью для публичного сведения накопившихся счетов. Могу предположить, что в целом по эмоциональной окрашенности разводы однополых пар дадут серьезную фору разводам «классическим».

Логично предположить и последующее появление адвокатов со специализацией в такого рода делах. Не знаю, будут ли они принадлежать к гей-культуре или нет, но успешность их на этом поприще, наверное, будет определяться и пониманием особенностей своеобразной психологии своей клиентуры. Появится, вероятно, и специализация, например, у частных детективов и в том, что касается особенностей формального установления факта «супружеской неверности», поскольку понятия адюльтера и требования супружеской верности худо-бедно во французской практике еще существуют.

Неизбежно возникнет и вопрос о признании такого рода браков в других странах, в частности России, которые исходят из общей концепции семьи как союза мужчины и женщины, предназначенного в первую очередь обеспечить рождение и последующее воспитание детей. В какой степени факт заключения во Франции однополого брака будет препятствовать одной из его сторон сочетаться браком в России? В какой степени он даст «супругу» право претендовать на наследство его «половины», например в отношении вклада в российском банке? Вопросов масса. Но насколько и при каких условиях заключение «нового» брака во Франции будет противоречить российской концепции публичного порядка, мы будем иметь возможность увидеть только через несколько лет.В конечном итоге вне зависимости от общего отношения к концепции семьи и однополым бракам у российского правопорядка вряд ли получится, к сожалению или нет, игнорировать происходящие во Франции изменения. Относительная прозрачность границ и интенсивность бытовых контактов между Россией и Францией не оставляют для этого возможности.