Юрий Поляков: 20 лет назад я ходил по дымящимся развалинам Белграда. И думал — не дай Бог такое будет в России…

Опубликовано: 17.04.2021

Об этом знаменитый писатель рассказал в эфире Радио «Комсомольская правда»

25 марта 1999-го авиация НАТО начала бомбардировку Югославии. Генсек альянса Солана заявил, что «политическая фаза» кризиса вокруг Косово (а именно из-за него разгорелся весь сыр-бор) закончилась… Премьер-министр России Евгений Примаков, летевший тогда с визитом в США, развернул свой самолет над океаном и отправился обратно в Москву.

Спустя два десятилетия мы пытаемся найти ответы на многие вопросы. И, прежде всего, на такой — чему нас научил югославский кризис?

В эфире Радио «Комсомольская правда» мы обсудили эту тему с писателем и драматургом, председателем Общественного совета Министерства культуры России Юрием Поляковым.

— Это был наш общий, кстати, кризис, — считает Поляков. — Параллельно развивался государственный кризис двух, скажем так, многонациональных и многоконфессиональных славянских государств. Это были СССР и Югославия. Не случайно Югославию многие называли балканским СССР.

— А если, Юрий, все же об уроках…

— Трагедия Югославии должна нас научить, прежде всего, тому, что ни в коем случае нельзя доверять так называемым «западным партнерам». И все их советы надо воспринимать очень критически. Потому что, как правило, эти советы не только бесполезные, а, в большинстве случаев — вредные.

Во-вторых, печальный опыт балканского государства научил тому, что в подобных многонациональных, многоконфессиональных государствах недопустимо ослабление центральной власти. Оно всегда чревато распадом и межконфессиональными, межэтническими конфликтами.

Ну и, я думаю, что именно после Югославии пришло понимание того, что надо восстанавливать разрушенную армию, что желающих поживиться за наш счет — ну, вот очень уж много. И — что надо заканчивать с этим квазилиберальным лозунгом — типа: «Да, кому мы нужны?»

Выяснилось, нужны всем. Не мы, а наша территория. Наши ресурсы.

Не случайно ведь у нас смена власти в стране произошла именно после балканского кризиса. Это тоже такой явственный признак того, что в России кое-что поняли.

— Мы помним собственное состояние шока, когда по телевидению показывали кадры бомбардировок Белграда.

— Кстати говоря, я это все наблюдал довольно близко, потому что тогда активно сотрудничал, как и сейчас, с Белградом, там мои романы переводились.

И я побывал в Белграде вскоре после той бомбежки, когда там буквально еще дымились руины. Это было, конечно, страшное зрелище. Это был шок для сербов, и, главное – вот это чувство беспомощности против несправедливой абсолютно, такой злой силы.

Я вот как раз именно тогда, когда там ходил по этим улицам, смотрел на эти развалины, — понял… Что, если в нашей стране не произойдет смена власти и не придет лидер, который начнет восстанавливать страну и, прежде всего, ее военную мощь, — то, вполне возможно, что через несколько лет буду ходить по такой же дымящейся в развалинах Москве.

Но, слава Богу, случилось то, что случилось.

— А потом вам приходилось бывать в тех местах?

— Да, через год — полтора, я оказался в составе московской делегации, которая отправилась в Косово. Мы ездили по этому краю, где зародилась сербская государственность, где стояли храмы, к тому времени уже разрушенные, ХI — ХII веков, с остатками, на взорванных стенах, фресок со Спасителем и с Богоматерью, у которых были старательно выковыряны глаза – работа местных косоваров. Нас, русских журналистов, священников, военных, возили от монастыря к монастырю в бронированной машине KFOR и охраняли нас бойцы KFOR, индусы в синих чалмах.

— Надо объяснить, что KFOR — международные силы под руководством НАТО , отвечающие за сохранение стабильности.

— Кстати, они в основном следили за тем, чтобы сербы не сгруппировались и не дали отпор мусульманам. В основном такая там была задача перед ними поставлена мировым сообществом.

И для меня вот это все: и бронированный автомобиль для русских в Сербии, и индусы в охране – стало символом утраты государственности и независимости. Потому что сербская армия была деморализована, разгромлена, политическая воля утрачена…

А по броне стучали увесистые булыжники, которые нам вслед бросали косовские подростки на каждом перекрестке…

— Теперь мы поняли, почему вы свой «Чемоданчик» — сатирическую пьесу о государственной власти — в Белград отправили…

— Ну, конечно, интерес сербского зрителя к пьесе как раз говорит о том, что тема выходит за рамки российской проблематики…

Ведь эта ж пьеса о чем? Это комедия положений, конечно, но там есть и некий геополитический смысл. И этот смысл заключается в том, что президент с ядерным чемоданчиком силен не этим ядерным чемоданчиком, а поддержкой народа и верой в него этого народа, который его избрал.

Без этой веры чемоданчик ядерный – просто чемоданчик. И, не случайно, там в конце его заменяют на чемодан «мечта рыболова», который внешне похож на заветный кейс.

Это очень важная мысль. А проблема народной поддержки власти – она очень актуальна. Кстати говоря, это первая постановка «Чемоданчика» в стране восточной Европы.

— А в Белграде пьеса на каком языке идет?

— Ее перевели, на сербском языке будут играть. И еще один момент. Меня очень задела информация, которая прошла несколько дней назад, — о новом приговоре по делу Радована Караджича. По-моему, ему пожизненно дали?

— Да.

— Меня удивило, что в нашем информационном пространстве это прошло без всякого комментария… И это наводит на мысль, что в нашем медийном сообществе есть люди, которые абсолютно не понимают трагедии Югославии. Обвинять Караджича в геноциде?.. Действия Караджича были ответом на те беззакония, которые, при поддержке Запада, развязали югославские сепаратисты.

— А кем он тогда был?

— Президентом Республики Сербской. Там, в принципе, шла гражданская война. И исходила она как раз от сепаратистов… А Караджич только пытался защитить сербское население.

Да, в результате погибло со всех сторон много людей, но почему-то всегда виноватой оказывается именно та политическая сила, которая симпатизирует Москве, которая пытается отстоять целостность государства…

И то, что оценка деятельности этого политика на наших центральных политических каналах прошла с западной формулировкой и не было ни слова комментария, объясняющего нашему забывчивому зрителю, что там было на самом деле, — это очень тревожный сигнал…

Источник: www.kp.ru